Наталья Дрозд - ВСЕ,ЧТО ТЫ ЗНАЕШЬ О СМЕРТИ

Аннотация.

Что такое боль? Это небольшой шаг к смерти. Смерть как бы говорит – я недалеко, я близко, у меня есть все силы, чтобы подойти ещё ближе. И боль предупреждает – осторожно! Один неверный шаг, и ты пропал!
Героиня книги жила в мире без боли, но одно странное утро ворвалось в её жизнь Апокалипсисом. Что стоит вся наша жизнь перед лицом неизбежного? Да разве интересует смерть то, в скольких странах мы побывали, сколько полезных дел успели сделать и как много прочитали книг?
Смерть всё перечёркивает. Она одна на всех. И героиня книги поняла, что для Апокалипсиса не надо ждать особой даты. У смерти всё расписано заранее и под каждого.
Молодая журналистка Станислава очутилась в реанимации – растерянная и непонимающая, отчего смерть выбрала именно её в самом начале её любимого месяца мая. Пришла боль, истерично кричащая о том, что конец совсем близко.
Мысли о спасении?
Они пришли, но боль была сильнее. Наедине с Петербургом, городом её жизни, молчаливо наблюдающим за её страданиями через окно реанимации, Станислава обратилась в пустоту – за помощью.
Но услышала ли её пустота? Послала ли она ей ангела, который оборвал боль и отодвинул смерть? Нашёлся ли тот, кто сумел предотвратить неизбежное и сделать даже больше – реанимировать душу, увязшую в рутине тёмных мыслей?
Каждый когда-нибудь может оказаться на месте Станиславы – и он тоже не захочет умирать. Основанная на реальных событиях из жизни автора, книга «Всё, что ты знаешь о смерти» даст ответ на вопрос – возможно ли спасение, когда всё против тебя?

На какой-то момент мне всё-таки удалось забыться и обмануть бессонницу. Забытьё подарило мне полчаса странных видений, красочных, но ядовитых, как тропическая флора. Они не дали мне успокоения и не восстановили сил.
Заплакать – но зачем?
Жить – но как?
Я вспомнила, как Артур уходил домой. Он мелькнул в проёме двери с сумкой на плече и растворился в чреве Петербурга. В Петербурге – почти пять миллионов человек. Один из них – он. Один из них – я. Остальные – толпа.
Только бы заснуть.
Кровь закипала от неумолимо ползущей вверх температуры, и я начала ощущать странные галлюцинации. Пространство вокруг меня словно деформировалось – оно текло и изменялось, стены отодвигались и сужались, за стеной рисовались странные коридоры, а кровать, казалось, вытягивалась вверх на цыпочках.
Я перестала понимать, где нахожусь, и как соотношусь с окружающими предметами. Противно шелестящий и пикающий аппарат словно напевал какую-то незамысловатую песенку – «пети-пети-па», и это раздражало и мешало расслабиться.
Я подумала о том, как могу выглядеть со стороны.
С трубкой во рту, обвешанная дренажами, подключённая к всезнающему монитору, со спутанными, грязными волосами, с синяками на истыканных иголками руках – хорошенькое зрелище! Я могу вызывать только чувство жалости.
Вполне возможно, что для всех и для Артура, в частности, я – всего лишь тело, которое надо вылечить, отремонтировать.
Но я – не вещь.
Я – не механизм.
У меня есть душа, мысли, чувства, ощущения.
У меня есть мечты, мой внутренний мир, в конце-концов. Я – не тело!
Придёт время, и я забуду обо всём случившемся, шагну в надменный Петербург, как в объятья лучшего друга, пройду по улицам Кракова, окунусь в тёплый мир свободы – здоровая, сильная, красивая, смелая.
Я повернулась к окну и прищурилась в ответ на пристальный ночной взгляд Петербурга.
Да, чёрный пёс, город-сказка. Ты слышишь меня? Именно так!